Комсомольская правда 23.06.99.

Герой Советского Союза Александр Серебров против уничтожения "космического трудяги"

Станция "Мир" уже похожа на "Муму".
Кто станет ее Герасимом?

23 августа с российской станции "Мир" уйдет последний, или, как говорят сами космонавты, "крайний" экипаж. Комплекс законсервируют на полгода. Если до декабря 1999-го деньги на продолжение полета найдены не будут, в феврале - марте 2000-го гордость отечественной космонавтики, как щенка, бесславно утопят в Тихом океане. Пока еще есть шанс спасти "Мир" от гибели. "Энергия" ищет деньги, космонавты Титов и Севастьянов создали Народный благотворительный фонд. Но есть ли смысл продлевать полет орбитального комплекса, работающего четырнадцатый год? Об этом, и не только об этом, мы говорили с Героем Советского Союза космонавтом Александром Александровичем Серебровым.

- Сан Саныч, если погибнет "Мир", вместе с ним будет уничтожен и уникальный космический "мотоцикл" - специальное кресло с ракетными двигателями. Вы были первым, кто его испытывал. Жаль небось...

- Кресло уже в нерабочем состоянии. Хотя оно мощнее и лучше американского. У нас каждое сопло-тяга один килограмм!

- Рассказывают, во время испытаний, вы чуть было коньки не отбросили...

- Планировали поначалу так - я работаю в течение трех витков, но только тогда, когда есть связь с ЦУПом через спутник "Альтаир", то есть по сорок минут. Но как раз накануне засбоил компьютер. Ориентации на этот спутник нет. С ЦУПом связь - только 15 минут, когда над территорией Союза летим. Четверть часа я работал, а потом больше часа ждал. Солнце за спиной, от его тепла меня крыша "мотоцикла" закрывает. Я в тени, а тут еще система охлаждения работает. Никогда в жизни я не был таким холодным. Руки выворачивал, чтобы хотя бы перчатки солнцем нагревались.

Когда вернулся на "Мир", сразу припал к нашему "самовару" -и только тогда почувствовал, что жизнь ко мне возвращается.

- Рассказывают, космонавты на выход, кроме штатной одежды, еще ухитряются всякие домашние утеплители поддевать...

- Я всегда два комплекта белья надевал. А еще мне одна дама-врач связала в полет носки из собачьей шерсти. Если бы не они, мне бы во время испытаний "мотоцикла" было совсем туго.

- Еще говорят, космонавты на выход берут с собой прочный кевларовый шнур, на одном из концов которого привязан гаечный ключ. Чтобы, если страховочный фал оборвется, можно было раскрутить шнур, зацепить за какой-нибудь выступ станции и вернуться...

- Первый раз слышу. Может быть, стали брать, после того как я отцепился? Я - единственный в мире человек, который летал вокруг станции без страховки!

- А я думал, что это еще одна легенда про вас...

- Да это не легенда! Это было 16 сентября 1993-го. Чтобы космонавтам проще было передвигаться по поверхности станции, там поручни специальные прикручены. У меня на скафандре два страховочных фала. Один зацепил, полетел дальше, зацепил второй. Потом вернулся, отцепил первый и снова - вперед. Штатная длина фала - сантиметров 80. А я перед выходом фал удлинил - каждый стал под полтора метра - так удобнее. Залепился я, как полагается, за поручень, и полетел дальше. Лечу и вижу: первый крюк рядом летит, а второй у меня в руке. Сразу обрадовался, что не почувствовал рывка - значит, лечу в том направлении, куда и собирался, - к мачте. Пролетая, я за нее ухватился, зацепился и молчу. Вдруг Василия Циблиева, командира, голос: "Саш, а тут поручень вывернут!". Оказалось, болт, крепивший поручень, от постоянной вибрации выкинуло.

- Вообще насколько опасна станция "Мир"? Вот ведь и железки в нее врезаются, и корабли с ней сталкиваются...

- Станция "Мир" - не опасна. Когда мы с Василием Циблиевым в 1994-м перед посадкой чуть было не протаранили "Мир", опасность была только для меня. Дело было так. Мы перед посадкой должны были облететь станцию. Циблиев управлял в спускаемом аппарате, а я через иллюминатор бытового отсека снимал все на видео. А переключатель на ручке управления был бракованный. Тут еще единственная лампочка в спускаемом аппарате перегорела. Циблиеву пришлось снять шторку с иллюминатора, он был ослеплен прямым солнечным светом. В общем, "Союз" скорость набрал, а управления нет. Я смотрю - мы летим на станцию со скоростью метр в секунду. Причем как раз бытовым отсеком. Если бы ударились, от меня бы там вообще ничего не осталось. Но в этот день ни с того ни с сего в ЦУП позвонил Алексий II, патриарх наш: я, говорит, благословляю посадку этого экипажа..

И вот мы летим - семь тонн на стену весом в сто тонн. Я думаю:

все, абзац. Уже Знаю, на каком витке меня отстрелят, знаю, что крышка между нашими отсеками захлопнется, что Циблиев потом перейдет в баллистический спуск. И вдруг мягкое касание.

Оказывается, сначала мы зацепились антенной. 14 января я всегда праздную свой очередной день рождения.

- Так сколько у вас всего дней рождения получается?

- Три дополнительных. Еще 20 апреля 1983 года мы с Титовым и Стрекаловым со скоростью 4,7 м/с пролетели станцию "Салют-7", хотя точно должны были в нее вмазаться. Несмотря на то, что я сидел в правом кресле и мое слово самое последнее, в ту секунду я крикнул: ручку вниз! А командир, Владимир Титов, человек военный, дисциплинированный. Он команду услышал и выполнил. Мы пролетели метрах в пяти - семи.

- Так все-таки, может быть, хватит приключений с "Миром" -он все отслужил?

- Давайте подходить прагматично. Это прекрасно оборудованная лаборатория, которая работает в интересах всего человечества. А еще неизвестно, когда на МКС можно будет проводить исследования, которые сейчас делают на "Мире". У нас сейчас денег на новую аппаратуру попросту нет.

Международная космическая станция должна работать 15 лет. Но ведь нет подтверждения тому, что, скажем, материал, из которой она сделана, столько выдержит в космосе. Нужен эксперимент, поставить его можно только на "Мире". Выяснилось же, что на 12-м году начинают течь трубопроводы системы охлаждения. На Земле на стенде мы бы об этом никогда не узнали! Технари-американцы это прекрасно понимают и тоже выступают за продление полета. Но тут вмешивается политика. Надоело им, что русские в космосе крутятся.

- Ну раз уж проблемы с деньгами, нельзя ли было на "Мире" зарабатывать?

- Можно было! Лучший в мире полупроводник - арсенид галлия - получен там. Биологические кристаллы получены там. Лучшие в мире - самые чистые лекарства электрофорезом получены там же. Но мы не умеем торговать ими.

- Так, может, мы действительно прокололись именно в этом?

- Давно прокололись. Когда меня после второго полета за строптивость посадили на длинную "скамейку запасных", я пришел к Юрию Павловичу Семенову (генеральный конструктор РКК "Энергия". - А. М.) и говорю: давайте я займусь маркетингом. Он говорит: я к этому вопросу не готов. Если бы мы лет десять назад начали коммерческие проекты на "Мире", проблем с финансированием бы не было. Неправда, что пилотируемая космонавтика - изначально убыточна! Но, в принципе, не Семенов должен был маркетингом заниматься. Национальной космической политикой должно заниматься Российское космическое агентство - государство ведь собственник "Мира".

Беседовал Александр МИЛКУС.
Bosch по выгодной цене. Удобный сервис подбора
konstruktor74.ru